m_v_dmitrieva (m_v_dmitrieva) wrote,
m_v_dmitrieva
m_v_dmitrieva

Category:

Принц Гарри

Работала в Историчке. Смотрела еженедельник «Экран» – издание «Рабочей газеты». Еще – «На литературном посту» (досматривала). Заказала на ближайшую субботу разных газет.

Утром разговаривала с родителями. Они купили миниатюрную немецкую печь, пекут в домашних условиях просфоры. Дедушка наш – удивительный пекарь, во всех смыслах упорный, включая метафизические. Бабушка, терпением и мудростью, окрыляет.

Мудрость, как нефрит, сложной спайки вещь. Пола, похоже, не имеет. Не она в человеке, а он к ней, освобождаясь, подходит.

Выйдя вечером, в начале девятого, из ГПИБ, зашла в «Перекресток». Там очереди у касс – праздники начались. Поддалась ажитации, купила сухое шампанское. Вовке – выпечку (с шоколадом внутри) и гранат.
Вовка спрашивает, открывая дверь: «Вкусное привезла? Чего-нибудь…»

В электричке купила хлопушки и бенгальские огни. Завтра, уже сегодня, еду в РГБ. Завтра же ставим елку. Добыт, предварительно, из кладовки ящик с игрушками, с гирляндами, с мишурой. Ждем наших дедуль-бабуль. Наряжаем уютную быковскую берлогу.

Читаю «Бесов» в планшете, продвигаюсь к развязке. Гениально сложил Достоевский газетный сюжет с шаткими биографиями. Мелкий бес «человека сам сочинит, да с ним живет» (Федька Каторжный – о Петре Верховенском). Бесы покрупнее – всегда играют черными. Они игре как бы подчиняются, вне плоскости, сверху.

Петр Степанович Верховенский – деятелен, но мелок. Николай Всеволодович Ставрогин, с его натурой сложной, смеется над революцией. Он – принц Гарри (плевал он на Герцена, да что там, на себя с удовольствием плевал).

Принц Гарри, соизмеряя вечность с хромой Лебядкиной, паря над губернской шахматной доской, сам вязнет, но возглашает, напоследок (всегда – напоследок) рецепт всех революций. Кровью повязать – его идея. Смеясь, но осторожно, Ставрогин озвучил Верховенскому: «… подговорите четырех членов кружка укокошить пятого». Дальше у Достоевского, по тексту, ха-ха-ха.

Ставрогин уточнил энергию Верховенского (связующее этой энергии – «стыд собственного мнения»). Уточнил, зная, что сам – давно проиграл. Тогда еще, когда дворянина уездного публично за нос дернул и губернаторское ухо прикусил. Глупый проигрыш. Заболел Ставрогин, а вокруг – мамаша, Дарья-сиделка, Лизавета и хромая Лебядкина. И все, как по заданию, любят внимательно и/или иллюзорно – с вывертами на публику. Ему-то кажется, что судят, что жертву любить хотят (читай – человека). А сами-то, сами… скучно.

В театральных постановках, которые я видела, Петр Верховенский – метеор, во главе всех затей. Прыгает знаками препинания на авансцене. А ведь не он стилистику задает. (Он – секретарь, всего лишь). Или – передать на театре не удалось, не знаю.

Ставрогин Федьке на мосту деньги в грязь кинул. Но так, чтобы и у Федьки был выбор - его не просили убивать. Федька Каторжный сам, якобы, напросился. На убийство.
Tags: Достоевский, Капитан Лебядкин, Книги
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments