January 9th, 2012

Из окна

За окном -- рождественское настроение. Сфотографировала его камерой мобильного телефона. Камера хреновая, но картина за окном уж больно хороша. Требует себя запечатлеть. Сегодня последний день каникул. Вовка побывал в парикмахерской. Стиральная машина работала. Я купила бананов и хурмы. Вчера отметили с сыном Рождество: он детским шампанским, я шампанским взрослым. Вовка спрашивал меня, за что "сняли Суркова". Не сняли, перевели. Позавчера навестила Илью. Привезла ему утку, запеченную с яблоками, но -- не целую, без одной ноги. (Эту одну ногу съел Вовка, сделав вывод, что бабушкины утки повкуснее будут.)
День позавчерашний прошел спокойно. Прикончили с Ильей одноногую утку, вечером выпили шампанского "Новый свет". Вели беспечные разговоры, слушали Окуджаву, нашли прошлогоднюю кардиограмму, на ней тоже виден зубец. Возможно, что предположительный новый четвертый инфаркт -- не инфаркт, а оставшийся от прошлогоднего сердечного криза рубец. Илье звонил Ю.П. Озаботившись вдруг редактированием, на этапе верстки, Ю.П. раздраженно доказывал, что текст с Битовым "читателю не понятен". Раньше был понятен, даже вызывал у Ю.П. чрезмерное восхищение, теперь же Ю.П. обнаружил в нем "много херни" . Что-то нехорошее сделалось с пытливым Ю.П., он добавляет в жизнь маразматических токов. "По свету гуляючи, забрел Шиш в трактир пообедать, а трактирщица такая вредная была -- видит, человек бедно одет, и отказала:
-- Ничего нет, не готовлено. Один хлеб да вода". Сыну в детстве нравились сказки Шергина. Я ему на ночь читала, он смеялся очень.
У Ильи продолжается бессонница, я же, наоборот, сплю, как бравый солдат после боя.
Завтра возвращаюсь к Михаилу Афанасьевичу, к его зарубежной библиографии. Интересно, ответят ли йельцы? После работы зайду к старинной приятельнице, подарю ей измеритель артериального давления. Давно обещала привезти.