June 29th, 2014

Любовный тупик

Пошла я в магазин за собачьей едой. Так получилось, пекинец три дня ел фальшивую краковскую колбасу. Для людей фальшивая краковская -- не колбаса, а пекинец, куда же ему деваться, смирился.
Купила пекинцу хорошей собачьей еды и вспомнила, что мне нужна сетка для вьющихся растений. У нас в Быкове есть магазин, где все по одной цене. Там продается нужная мне сетка. Я зашла в этот магазин, заранее приготовившись увидеть среди товаров что-нибудь пошлое и необычное одновременно. Какое-нибудь "фуфло с претензией".
Здесь полно таких вещей: прищепки-пчелки, шляпы пляжные (бедовые шляпы, с яркими бантами на мятых соломенных полях), коврики с черепами -- для сушки посуды, подсолнухи из желтой синтетики, зебры пластиковые декоративные. Чайные пары и просто кружки затейливых форм: узкие слишком, слишком широкие, скошенные, как голенище у военного сапога, чашки-носки и чашки манящие обещаниями, например: "Согреваю сердце и... ноги". Но сегодня я была по-настоящему поражена -- чайной парой "Поцелуй". Страшная губастая и носатая чашка тянется губами к носатому и губастому блюдцу. Чашка, ясное дело, мужчина. Блюдце, у него подчиненная роль, женщина. Что-то случилось у меня с головой. Отказываясь верить в такой поцелуй, закипели мои нейроны. Вот он, передо мной, любовный тупик -- бордель смыслов: и чаю не выпьешь (всякая охота к чаепитию, глядя на эту пару, отпадает немедленно) и любви не найдешь.
Метафора близости всякой пары -- вечный дуэт чашки и блюдца. Осознав такую параллель, создатель этого сногсшибательного "Поцелуя", видимо, необычайно вдохновился. Он решил: чашки и блюдца -- как люди, так пусть у них будут губы и носы, пусть целуются, если все время вместе. И поставил эту идею, как говорится, на поток. И вот они целуются, ужасные оба, жалкие -- из-за фантазии создавшего их маразматика потерявшие утилитарность. Они не подозревают, как уникально бездарен тот, кто их создал. На что он их, носатых и губастых, обрек.
IMG_20140629_152943 (800x450)