August 21st, 2014

Закат под Локателли

IMG_2509


Над вечерней Прислонихой всегда удивительное небо. Во-первых, оно низкое, лежит у тебя на голове (точнее, где-то рядом с головой), ты ему вроде соразмерен. Во-вторых, оно -- и театр, и опера, и живопись с графикой (птицы на сером небе, ветки старых слив ночью, утром в сливах топчется дуреха-курица в жемчужных перьях, ничего не зная о своей красоте). Вовка сфотографировал небо и меня -- не на фоне неба, рядом с ним. Небо, как занавес, не для позера -- для всех. Я слушаю сонату Локателли (№ 7 для скрипки, в обработке Эжена Изаи), исполняет Давид Ойстрах. У меня нет жемчужных перьев, зато есть уши, которые слышат музыку.
Я привезла в Прислониху много дисков. Рахманинова в основном. Эжена Изаи. Изаи я люблю за интеллект, не мешающий эмоциональности -- силе чувства. Маме понравилась фотография. Другие закаты тоже будут нашими, но этот -- особенный -- больше не повторится.

IMG_2508

Памятник и доброта

Сегодня работала в Историчке. Перед работой встретилась с В.И., отдала последний, седьмой, том булгаковских материалов. Выпили кофе в "Шоколаднице", поговорили: обсудили новости булгаковского мира (какой-то булгаковед, сохраняя инкогнито, продает порциями, через аукцион, автографы Булгакова, а мог бы и в музей снести, хотя, кто знает, какая у человека ситуация, может ему деньги нужны до зарезу -- на что-то важное или просто на житье). После встречи с В.И. я потрусила к подшивкам. В Историчке "наподшивилась" как следует. Всё откладываю поездку в Химки, а надо ехать в газетный отдел. Так не хочется, но лучше летом съездить раза два. Не хочется потому, что я пригород не люблю. И эта нелюбовь объяснима -- сама в нем сто лет уже живу. Со своим пригородом я свыклась (бабушка моя, детство, юность и проч.), а чужой, voilà comme je suis, moi, не нравится.
После Исторички, я, покурив во дворе библиотеки, решила проведать памятник Мандельштаму (который на улице Забелина), вечно страдающий памятник. Территорию облагородили, надо отдать должное городским властям: под доской с цитатой из Мандельштама разбили цветник, окружив его низким забором, убрали туалетные кабинки. В сквере, где стоит мраморная голова Мандельштама, чисто, только две бутылки из-под пива спрятались за мраморным фрагментом композиции.

IMG0137A

Заносчивая голова поэта выглядывает из-за забора, расписанного любителями "доброты", "блага" и "любви".
IMG0140A

Беру слова в кавычки, так как у любителей доброты, блага и любви наблюдается маразматическая словоохотливость, граничащая с хулиганством: нравятся любителям любви слова, завороженные словами, они их пишут на заборе и на листовках, которыми они обклеили сквер.

IMG0139A

На одном из фрагментов злополучного памятника Осипу Эмильевичу завязалась короткая дискуссия о художественных достоинствах данной скульптурной композиции (твиттер хронический, трудноизлечимая стилистика):

IMG0136A

Трагическая судьба памятника Мандельштаму и самого Мандельштама, в которую вмешались любители доброты, блага и любви, выглядит настоящей хохмой. Хочется смеяться невеселым смехом. И я смеюсь. А что делать?
IMG0133A
IMG0134A