?

Log in

No account? Create an account
Previous Entry Share Next Entry
Вот я верю...
m_v_dmitrieva
Вот я верю. Мне это естественное воплощение совсем не мешает жить: работать, любить, ошибаться и сомневаться. Без веры нет выхода из ошибки перевалочной и ошибки окончательной, смертельной. Есть только карикатурный "пузырь из кожи", избавленный от всего ненужного. Типа Ленина в его нынешнем состоянии. Типа соломенного божка, венчающего замогильную иерархию. Усопшие, но рядовые избавляются от ненужной утробы -- в коротких могилах. И никого при этом уже не отыскать.
Нет худых источников. Есть слепые глаза.
Я, опасаясь почему-то популярных книг, долго избегала этой книги, воспоминаний В. В. Познера. У меня, само собой, нет к автору никаких предубеждающих чувств, наоборот -- есть ощущение сопричастности к самостроительству (любому): слушаю/читаю и понимаю. Одушевляемся мы в словах. В тексте, как в нечаянном баре, мы сходимся. Боюсь, навсегда. Все выражалось уже, и не раз. На протяжении истории. Но мы ищем глубины не чужой -- своей, в которой "и при суете дневной" не забудешь красоту звездного неба. И как она нам дается? Видимо, через глубину предчувствия прошлых веков.
Меня смущает в прочитанной книге (простите мою якобы высокомерную оппозицию: в данном случае -- я читатель, и только), странная презентация веры: как суеверия, а не как свободы. Тут какая-то сшибка смыслов, затравленная навсегда историей смиренных отцов.
В вере/свободе вопросов столько, что она ими буквально живет. И никакого мракобесия и рабства не культивирует. Нет в этом нужды. "Как поживаете? -- Вашими молитвами". Есть еще вариант ответа -- не дождетесь. Но он, по-моему, грубоват.
Вера -- это неожиданность. Всегда. Она проявляется в сущности вопроса, заданного свободой. Если это подлинная вера. Не суеверие.
Вера с наукой не конфликтует, наоборот. Здесь я могу перечислением увлечься, поэтому назову Павла Флоренского. Только его, без его реакции на дело Бейлиса, необходимая для меня редактура: с верой, как говорится, и с йодом ужился как-то Павел Александрович, "отдыхая" на Соловках. Все говорил с тем, что воочию еще не выражено. Вера, похоже, его спасла. Тут и мы притулились, разглядывая "просветленную человечность".