m_v_dmitrieva

Category:

Наедине с домом

Скоро начнется привычная рабочая жизнь: ежедневные поездки из Подмосковья в Москву, искания в библиотеках и архивах, встречи с друзьями. Три месяца я, как и многие, провела наедине со своим домом. Книги и плетеные сундуки, забитые бумагами, закрывались и открывались.  Задумчивость сменялась эйфорией — коммуникацией с воображаемыми собеседниками, ушедшими из жизни и упорно отвлекающими нас от нашего небытия,  разговорами с теми, кто звонил мне,  кто писал мне письма, настойчиво добиваясь от меня тех или иных знаний. Всех обнимаю и люблю: спасибо. Работа шла -- в движении к лету... 

Конечно, я скучала: не смиряясь с общением на дистанции, я часто вспоминала всех своих близких. И как-то иначе их видела — суета отпала, пришло понимание, вполне детское: каждый мой друг прибавил мне жизни. 

Друг — это кто? Это память, это движение навстречу — в любое время, внезапно,  с заведомым прощением,  с упором на крепкие, а не на мозолистые смыслы. Скажу даже так: некоторые из тех, кто мне звонил и писал, возможно не подозревают, что я, привычная к знакам, ценю их жизнь, отвлекаясь от любой шкалы. А значит — нам таки ничего не навязали. Нет «ни Еллина, ни Иудея, ни  обрезания, ни необрезания, варвара, Скифа, раба, свободного, но все и во всем Христос».

Вот и прекрасно, замечательно, что так. 

Как же я жалела, что не могу угостить  моих близких шпинатом, притушенным слегка в оливковом масле и усложненным лимонной цедрой до той тонкости, которая требует сухого пейзажа с оливковыми деревьями. Не могу угостить их креветками и курицей, приготовленной по рецепту веселого британца Джейми Оливера: в  эти уединенные дни он открыл для меня свою кухню. Чудесный человек. Непосредственность, умноженная на самоиронию, и профессионализм, дают, как известно, самые широкие результаты.  Кухня — одна из основ любого дома.  

Две или три креветки  — самые большие -- всегда уготованы моему хвостатому дружку, умнице Тому Котомкину. Невероятное существо живет в моем доме: темные глаза блестят в серой шерстке. 

Были, само собой, и дурные новости.  Меня сильно встревожил арест Михаила Ефремова и  гибель Сергея Захарова, смерть которого не входила ни в чьи планы.  Алкоголизм — это не распущенность, это болезнь. В ней человек бессильно любит  и стремительно отдаляет от себя самых близких. 

Как же не знать этого взрослым людям, тем самым «мужикам», специалистам по банной духовности, укрепленной в нашей стране еще в первой половине ХХ века? Если садишься выпивать с больным человеком,  если ты друг ему без кавычек, а не абстрактный навсегда «мужик-силовик»,  кивающий на «баб», которым, ясен пень, одно место — «неместо»,  не дай ему сесть за руль: хоть свяжи, но уложи спать. У этого человека, как и у человека погибшего, есть и «баба», и дети. И даже внуки. 

Не можешь уложить -- сиди, говори с ним до последнего опупения, но удержи.  Будь человеком. Вот тогда, это точно, и бабы будут знать свое место, и мерцающие существа, впавшие в зависимость от кулуарных сверхдержавных разговоров, покажутся — другим мужикам и «бабам» -- настоящими мужиками, а не разморенными миражами, любителями общей на всех веселой баньки. 

Error

default userpic

Your reply will be screened

Your IP address will be recorded 

When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.