m_v_dmitrieva (m_v_dmitrieva) wrote,
m_v_dmitrieva
m_v_dmitrieva

Роковая ошибка (Случай в городе Х.)

Стрекочет вечерняя природа. Сегодня была у старинной приятельницы в гостях: у той, которая любит воронов. Привезла суп щавелевый в банке. Мы с ней поели супа, а потом пошли гулять -- в душный московский двор. Сели на лавочку и разглядывали небо, нюхали сложный московский воздух. Разговаривали о театре.
Моя знакомая вспомнила, как ее знакомый был приглашен в театр города Х. режиссером. Осмотревшись и, как ему казалось, вникнув во все хитросплетения закулисного мира, знакомый моей знакомой готовил первый спектакль, мысля при этом упорно: хорошо бы остаться в театре города Х. художественным руководителем. И так его эта мысль поглотила, что он совершил роковую ошибку, навсегда похоронившую его карьеру в городе Х. Режиссер взял и уволил из театра "стариков" - театральных долгожителей, посчитав их ненужным балластом. Подписал последний приказ об увольнении сегодня, а завтра в театре случился пожар, да какой -- пол-крыши у здания снесло каким-то загадочным взрывом. Пришлось знакомому моей знакомой срочно бежать от назидания пепелища, возвращаться из города Х. в родной Санкт-Петербург.  
Я же рассказала моей старинной приятельнице другую историю. Когда-то давно один мой знакомый устроился в редакцию одного журнала на хорошую должность. Мой знакомый был умный, начитанный, в меру пьющий литератор. С хорошей выдумкой -- степенной, но при этом не вялой.  Его "взял под крыло" главный редактор. Часто он вызывал моего знакомого к себе в кабинет: обсудить будущее редакционного "портфеля" и просто поговорить. Визиты в кабинет главного редактора довольно скоро стали поводом для обычных редакционных шуток, вполне циничных и при этом невинных. Конечно, мой чуткий знакомый задницей ощутил, что циничную невинность уже сшивала во что-то темное примитивная цыганская игла.  Молодой и перспективный литератор не хотел зависти со стороны коллег. Он решил ее предупредить. Точнее -- нейтрализовать стремительное коллективное чувство еще в зародыше.
Осмотревшись в редакции, он легко принял ее кадровые приоритеты. Некоторые сотрудники мужского пола, многие годы трудясь в этом интересном месте, считали себя, вполне заслуженно, основой -- позвоночником интеллектуального дела. Некоторые сотрудники женского пола трудились в редакции так истово, что никто теперь не годился им в мужья. И мой знакомый, не скупясь на комплименты, выслушивал напористые советы редакционных дам. С присущей ему обаятельностью (весьма, надо сказать, аккуратной) принялся ухаживать сразу за тремя: с Н. он ходил обедать и потом провожал до метро, с К. он пил чай в корректорской и даже был приглашен к ней домой, на тарелку фирменного лукового супа с гренками. С О. он съездил в двухдневную командировку, о чем впоследствии сильно жалел.  С редакционными старожилами мужского пола мой знакомый обсуждал чудачества главного редактора, политическую ситуацию в историческом контексте, пил, купленные в складчину, крепкие спиртные напитки. Казалось бы, ничего предосудительного мой знакомый не делал. Вел себя так, как вел бы себя на его месте любой интеллигентный человек: уважал и даже уваживал "стариков", уделял внимание дамам. Однако цыганская игла быстро шила свое невидимое одеяло.
Однажды, мой знакомый, придя в редакцию утром (накопилось много дел), почувствовал, что рабочий день не принесет ему ничего хорошего. Главный редактор, сухо поздоровавшись, прошел мимо него и скрылся за дверью "старика" В., завотделом публицистики. "Старушка" К., глядя на моего знакомого, вдруг сказала строгой "старушке" Н.: "Французу нашему хорошо бы валенки купить". Двусмысленное это пожелание его весьма огорчило: мой знакомый прокрутил в голове все детали вчерашней попойки в редакции, вспомнив, как ответственный секретарь, сволочь и провокатор, тяпнув пятую, спросил его напрямик: "Желаешь возглавить?" И продолжил: "Так дуй до горы!" Мягко я его отшил, думал "наш француз", еще не вполне понимая, что от него уже ничего не зависит. Короче говоря, ушел мой знакомый из этой благословенной редакции. Все закончилось, можно сказать, так и не начавшись.           
Наговорившись, мы с моей старинной приятельницей прошлись до мусорных ящиков, выкинули пакет с мусором. У мусорного места резво ковыляли молодые вороны. Старинная приятельница вспомнила, что в холодильнике завалялся кусок сырого мяса, теперь уже -- "с душком". За мясом возвращаться не стали, моей приятельнице трудно ходить: решили, что мясо долежит до следующего моего визита. Вот тогда мы возьмем этот скверный кусок, мелко его порежем и отнесем воронам. Молодые вороны будут черными клювами тормошить мясо, а мы будем на них любоваться. 
Tags: Разговоры, Редакция, Театр
Subscribe

  • С праздником!

  • Где бессонный сосед...

    Безупречный словесный бисер действует на сказочное движение к небытию: только ты. И, может быть, кто-то другой. У Набокова в «Других берегах»…

  • И "на спокое кашлял"

    Любитель винных погребов, Ефим Дмитриевич Волков из «Апофеоза» — последней главы рассказа Лескова «Загон», как заболел от расправы, случившейся с…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments