m_v_dmitrieva (m_v_dmitrieva) wrote,
m_v_dmitrieva
m_v_dmitrieva

Category:

Онегин из Торжка: булочник или портной?

Просматривала в РГБИ «Вестник литературы» за 1921 и 1922 годы. Какие имена: Жирмунский, Тынянов, Ходасевич и пр. Какие тексты! – Держат читателя в строгой простоте, так как написаны в рамках умной задачи – ради спасения русской литературной традиции (могли ведь напрочь затоптать традицию в пролетарском угаре).
Крепкий мосток перекинут через революцию. Достоевский, Пушкин, Толстой и Гоголь вплывают (изящно, пока - без идеологической нагрузки) в советский век. В подробностях черновых вариантов. Известно, что 20-е годы – годы серьезных архивных находок. И не менее серьезных архивных потерь.

И писатели, как правило, бедствуют. Это время, когда Осоргин еще не уехал, он еще голодает где-то в провинции.

Удивляюсь: как профессионально сделан журнал – от и до хорошо, со вкусом (именно с ним).  Попалась заметка (я веселюсь от своего непрочного знания, одновременно делясь им с другими, исключительно на всякий случай).  Итак, мне попалась заметка «Портной Евгений Онегин».  Вот она (прошу прощения за качество снимков):
Фото0746

Фото0747

Прочитав заметку, решила справиться у Лотмана – открыла «Комментарий» к роману в стихах. Первые страницы – о выборе названия произведения. Лотман пишет: «Встречающееся упоминание того, что в начале XIXвека в Торжке проживал булочник Евгений Онегин, если не является плодом вымысла или легенды, вероятно, случайное совпадение. Если же Пушкин слыхал об этом, то имя провинциального пирожника могло запомниться ему лишь как курьез».

Но все-таки – «могло запомниться»? Несомненно, могло. Лотман упоминает не о портном, а о булочнике-пирожнике Онегине из Торжка. В заметке из «Вестника литературы» булочник тоже встречается (он же – «был портным, был банщиком»), но этот булочник – Николай Евгеньевич Онегин. А вот отец булочника и банщика – Евгений Онегин, о нем Лотман  не упоминает, «занимался одним портняжничеством и имел вывеску». И было это, если верить рассказчику из «Вестника литературы», «в Пушкинское время». Вот тебе и мосток между двумя Онегиными – портным из Торжка и безупречно светским человеком, который и «по-французски совершенно…», «и кланялся непринужденно…», и «как dandy лондонский одет…». От лучшего портного платье носил. Но какой-то оттенок провинции в нем живет.

Само собой, заметка из «Вестника литературы» не может быть доказательством провинциального происхождения пушкинского героя. Но картинка, меж тем, складывается соблазнительно правдивая.

Автор заметки "Портной Евгений Онегин" - Александр Саввич Панкратов (умер в 1922 году) писал под псевдонимом Александр Россов.  Он же - автор очерков "Торжковская старина". Замечен среди попавшихся на зубок Зинаиды Гиппиус, как автор книги "Ищущие Бога. (Очерки современных религиозных исканий и настроений" (М., 1911). Об этой книжке Гиппиус высказалась так:

"Г. Панкратов, — автор очерков «Ищущие Бога», — тоже репортер, как и г. Чириков, тоже не без интервьюерства; но книга его тем не менее представляет известный интерес. Прежде всего — она современна. Современна по сообщениям (этим отчасти оправдана ее газетность) и современна по теме. Впрочем, интересующиеся темой в книге г. Панкратова ничего для себя не найдут. Как всякий рядовой газетный «наблюдатель» — он не разбирается в материале, не отличает значительного от незначительного, нужного от ненужного; всему, что он видел и слышал, — одинаковое место, одинаковый почет.

То, что мы узнаем, например, об истории «братцев» Иоанна московского и Иоанна петербургского, об отношении к ним народа, власти государственной и власти церковной — очень любопытно. Любопытны все данные фактические, и, если бы им можно было верить вполне, если бы фотографичность г. Панкратова была идеальной — книжка решительно сослужила бы свою скромную службу.

Беда в том, что насчет этой фактической стороны у меня являются сомнения. Полное отсутствие оценки, освещения фактов часто ведет, — особенно в области темы, которую взял г. Панкратов, — к неверному их освещению, граничащему с искажением.

Я знаю, например, что о «свободном христианстве» еп. Михаила в передаче г. Панкратова и о беседе его с епископом (стр. 123—127) — сам еп. Михаил отзывается так: «Тут нет ни одного слова верного». Или еще «Неплюевское братство». Быть может, грубые факты и верны. Однако для всякого мало-мальски знакомого с «братством» человека ясно, что в описании г. Панкратова — коренная какая-то фальшь.

Хотелось бы надеяться, что других грехов против действительности в книжке г. Панкратова нет. Эти же происходят, конечно, от его неумелости справиться с материалом, от непривычки владеть словами, от газетной, репортерской работы, приучающей к ложной «объективности». Кому это не мешает разбираться и кто не требует непременно «литературного» чтения — пусть проглядит книжку г. Панкратова. Может быть, кое-чем заинтересуется" ("О литературной прозе").

Tags: Рабочая картотека
Subscribe

  • Десятый день марта

    Десятый день марта День был так себе, не весенний. Зима не уходила, люди думали о зарплате: женщины и мужчины подмосковного города Великие Ваты…

  • А кроме того

    А кроме того Умер актер Кикин. В день его смерти, в конце февраля, отступили морозы. В город пришла весна. Вместе с ней выглянули из литературных…

  • Наша лебдя

    Наша лебдя В литературоведении есть такое понятие – «нулевой адресат». Например, пишет поэт стихотворение, обращаясь не к прошлым любовям и…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 2 comments