Category: природа

Category was added automatically. Read all entries about "природа".

Хвойная жизнь

Неделя августа —  у озера Нарочь.  Хвойный воздух, хвойные ванны,  сосны кругом и кругом — тишина. Девять километров на велосипеде -- личный рекорд: ссадина под коленкой, подорожник и йод, мороженое шоколадное.  Отдых, равновесие сил и моментов. 

Вопросы динамического развертывания художественно-речевой ткани,  вопросы симметрии речи  в неприметных достижениях сюжетологии.... между монологом и диалогом. Освободившись от напрасных надежд — отдыхаешь по-настоящему. Вопросы к себе — те же. Обязательности нет. К ответу себя не призываешь, ждешь: птица или рыба моя? 

Всё здесь, на озере, вокруг озера, вокруг вечернего копченого угря и нечаянных знакомых, опережающих твою жизнь жизнью новой, спешной:  сейчас — читай, а завтра... вообрази, что ты — ничему не подвластен. Летят утки и два гуся....

Collapse )

Карты говорят

На балконе цветут флоксы. И еще какие-то цветы, похожие на крапиву -- только с желтыми цветками. Разобрала бумажные наросты на письменном столе, почти все. Карты вечно говорят о "любовных делах" и дороге, больше ни о чем. Чтобы не ошибиться, карты врут незатейливо. Но ничего не обещают, слава богу.
Легкий нынче выдался день. Дрязги, перетягивание душ с обязательным обучением жизни (в нем безверный учитель с первым двоечником зачем-то постоянно меняются местами), обличение с разоблачением, и подозрения -- уходят в тишину. И как она, товарищи, благородна. Ей не до кружев этих грубых: кто кого...
Чеховский тихий пасьянс.
Вечером посмотрела "Манхэттен", давно не пересматривала. Смеялась так, что пекинец, перестав храпеть, затих. Люблю этот фильм. "-- Кто это был? -- Бесплатные уроки танцев..."

Встречи с Бубером

Отпуск в Прислонихе подходит к концу, жаль. Уже жаль, хотя еще неделя осталась. Много надо успеть: с книжкой и с делами больничными. День в Прислонихе проходит так: утром -- за водой на родник, после -- в сухой траве ловишь красные ягоды дикой клубники (много клубники в этом году).

Завтрак за круглым столом -- кофе и фирменные мамины сырники, бабочки залетают в комнату и небесные мотыльки (крылья у них голубого цвета, с серым оттенком). После сырников -- снова кофе и разговоры обо всем с мамой и с нашим дедом (отцом), Вовка еще спит. У Вовки отпуск -- всего неделя, он отсыпается. К двенадцати встанет, найдет свою зубную щетку и побежит на родник.

После длинного завтрака мы все расходимся по своим работам: Вовка с ридером уходит в сад-огород, читает в старом кресле у смородиновых кустов, мама варит варенье (из малины, из смородины, из клубники) или компот, дед -- идет служить в храм или, когда нет службы, красит крышу храма. Или читает "Воображаемую логику" Васильева (мама с подозрением относится к Васильеву, к его особенной системе аналогий, в которой неаристотелева логика, возникая через "откидывание аксиомы", петляет среди общих суждений и отрицает "категорию частности" -- "субъект всегда распределен в суждении", так-то).

Я читаю и пишу, но больше читаю. Читаю Бубера (увлеклась), соглашаюсь с ним и мысленно подчеркиваю то, с чем совпадаю несомненно. У Бубера (в "Я и Ты") написано: "человек, который ясно осознает себя неспособным в чистом виде реализовать Ты и все же каждый день выявляет его в Оно -- по закону и мере этого дня, ежедневно проводя заново границу, обнаруживая границу". Все, что добыто трудом в бездушном мире Оно, человек (при помощи духа) способен преобразить, превратить в реализацию Ты. Так просто, вроде бы... но у меня по-настоящему это стало получаться ближе к сорока годам. В этом возрасте, говорят, даже карманные воры перестают желать воровать и теряют навыки невидимой руки. Главный вопрос действительной жизни, по Буберу, следующий: сохранится ли в жизни, в действительности дух, который говорит Ты, который откликается.
Мама сфотографировала меня в саду у дома:
IMG0048A
Дед выпекает просфоры:
IMG_20140718_210949